Александр Первый, или что такое умная стрижка?

Татьяна Якимова Татьяна Якимова Бьюти-журналист, директор раздела "Красота" theblueprint.ru

Для меня Александр Тодчук – главный специалист по волосам. Он чувствует их, как Пэт Макграт – текстуру кожи, а Альбер Эльбаз - возможности ткани. С этим надо родиться – и постоянно работать.

Александр Тодчук

Я знаю Тодчука лет 16, и меня поражает его удивительное чутье на моду, всегда немного предвосхищающее настоящее. В 90-е он был одним из немногих, кто носил на работу костюм Gucci, да еще и с рубашкой и лоферами того же бренда. Total look для того времени был мега-трендом в Европе, и в Москве ему следовали лишь немногие избранные. Несколько лет спустя мы встретились на какой-то презентации, и я его не узнала: он был в рэперском "прикиде" и выглядел абсолютно органично. Тогда по всей Москве ходили слухи о том, что главный стилист-парикмахер нашей страны чуть не остался в США, побратавшись в Бронксе с самыми крутыми дядьками и перетанцевав их всех.

Александр Тодчук

Осенью 2010 года на вечеринке в GQ баре – на фоне толпы в строгих дорогих костюмах – Тодчук выглядел, как глоток свежего воздуха: в ковбойской шляпе и кожаных штанах. А следующей весной так одевались все модники - благодаря чумовой коллекции D&G на тему вестерна.

И вот осень 2015 года, и Тодчук опять новый – цветные брюки с высокой талией, зеленый пиджак, шляпа. Костюм, который хотел бы иметь любой модный парень этого города.

Не удержавшись, говорю ему об этом. "Ну, знаешь, не хочу быть банальным, но стиль – это ведь внутреннее состояние, – отвечает он без долгих раздумий. – Я его ощущаю, понимаешь? Тут просто ощущение себя совпадает с ощущением моды".

Я: Волосы ты тоже ощущаешь, я знаю.

Тодчук: Ну да, так с самого начала было, а с опытом стало еще сильнее. Чувство волос – это главная основа моей технологии.

Я: Ты говоришь про умные волосы? Мне казалось, ты всегда их делал.

(Еще один экскурс в прошлое: Тодчук был первым, кто обрезал длинные волосы Ванессы Мэй. Ни одному парикмахеру, тем более русскому, в начале нулевых такое и в голову не могло прийти. Говорят, что взлет Эвелины Хромченко начался с того момента, как Тодчук превратил ее в платиновую блондинку - до него она была шатенкой с мальчишеской стрижкой. Его мега-популярность строилась, кроме мастерства, на слухах – если ты клиентка Тодчука - тебя ждут слава, любовь и успех).

Александр Тодчук

Тодчук: Да, всегда делал. Накопил такой багаж, что понял: пришло время патентовать технологию. Точнее, менеджер подсказал (смеется).

Я: это как стрижка "сассун" в шестидесятые?

Тодчук: Почти, но не совсем. Сассун - это форма, под которую адаптировали волосы. А у меня технология. И в моем случае форму адаптируют под волосы. Я использую конкретную фактуру волос, заставляю ее играть и выглядеть максимально красиво, и при этом естественно. Это стрижка, которую волосы сами хотят!

Я: Звучит интригующе.

Тодчук: Для меня прическа - очень серьезная вещь. И безумно индивидуальная! Я не верю во все эти деления: ты осень – ты зима, теплый тип – холодный... У каждой женщины есть свой уникальный образ, и прическа – его завершающая часть.

Я: Как вишенка на торте?

Тодчук: Да, или как теория хаоса, когда один элемент все складывает в цельную фигуру. Это иногда почти чудо. У человека могут быть юбка-брюки-топ-туфли из разных стилей, не сочетающиеся друг с другом, но правильная прическа может все объединить.

Я: А может помешать. Я люблю свою короткую стрижку, а попробовала стиль хиппи, который тоже люблю, – цветастая юбка, замшевый жакет с бахромой – не сочетается! Вне головы – один стиль, на голове – другой...

Тодчук: Пришла бы ко мне, я бы тебе цветную бандану надел на голову – и все. А ведь верно, все бы и сошлось!

Я: Давай зайдем с другой стороны. Есть что-то, что ты не умеешь делать с волосами?

Тодчук: Конечно. Я не могу заставить прямые волосы вести себя, как кудрявые.

Я: А как же химия? Сейчас она щадящая, не то, что лет 10 назад.

Тодчук: Меня опыт научил, что любое вмешательство в структуру волос неправильно.

Я: Тогда ты и против наращивания?

Тодчук: Против. Потому что это и вредно, и слишком заметно. Представь: мужчина гладит тебя по голове и видит эти "червяки"! Бррр... Хотя, если предупредить, может быть даже прикольно. Мне нравятся съемные искусственные волосы, отдельные пряди – как детали, элемент игры.

Я: А как насчет седины?

Тодчук: Как всегда – индивидуально. Иногда ее стоит закрашивать, иногда нет. Это ведь тоже продолжение образа. Шарлотте Рэмплинг точно не стоит, она потрясающе круто стареет. А если сам образ и поведение женщины не подразумевают седины - лучше закрасить. Если только ты не мужчина. Когда мужчины красят седину, они выглядят не моложе, а просто крашеными дядьками! Исключая актеров, конечно. У них профессия требует.

Александр Тодчук

Я: А модные тренды ты учитываешь?

Тодчук: Я их, конечно, знаю и держу в голове, это тоже часть моей профессии, но я не хочу людям рассказывать, что сегодня модно, и что им в связи с модой делать. Слишком часто мы примеряем чужие маски, чужие головы – и так теряем себя. У меня были сотни таких примеров. Если ко мне приходит худая пацанка, или эдакий панк, которая видит себя в образе классической секс-бомбы, я помогу ей понять, как подчеркнуть индивидуальность. 

Я: Секс-бомба – это, прежде всего, уверенность в себе.

Тодчук: Вот именно! Девушка-панк может быть чертовски сексуальна, если она в гармонии с собой.

Я: А от возраста стрижка зависит?

Тодчук: Ну, умная стрижка потому и умная, что не станет искусственно старить или молодить. Не стоит юной красотке выглядеть женщиной с прошлым, а взрослой – косить под девчонку.

Я: По твоему опыту – из-за чего девушки больше всего комплексуют?

Тодчук: Из-за фигуры!!! Эта худоба, на которой все помешались - она ведь не всем идет и не всегда красива. И не стоит тех страданий, на которые люди идут. Лучше вы будьте чуть крупнее, но не насилуйте себя. Идите в спортзал, подтяните мышцы, больше двигайтесь, ешьте здоровую пищу, только на диетах не сидите!

Я: Потому что это вмешательство в структуру организма?

Тодчук: Вот именно, и волосы от этого портятся. Не надо гнаться за модельными параметрами. Гнаться, как подорванный, в этой жизни не стоит ни за чем.

Я: А ты за чем мог бы гнаться?

Тодчук: За здоровьем. Потому что без него ничто не важно и не нужно. Ни успех, ни деньги, ни любовь.

Я: Даже любовь?!

Тодчук: Конечно. Любовь – это ведь жуткая ответственность, в любви оба должны давать, а если ты немощный, то ты можешь только брать. У меня все было не так печально, но я понял, что все в жизни не имеет смысла. Может, поэтому и выздоровел.

Я: Мне доводилось уйти от болезни, когда в голове прояснилось. Очень много плохого сидит только у нас в голове...

Тодчук: Да все сидит в голове! Жизнь – это иллюзия, которую мы придумываем. Каждый видит все по-разному. И пусть лучше эта иллюзия будет красивой и достойной.

Я: И с умными волосами)))


GRAVITAZIA# УДОВОЛЬСТВИЕ БЫТЬ КРАСИВОЙ

Наверх